История любви моей головы и шапки.
Был холодный октябрь, который по ощущениям можно было считать чуть теплее сентября, но из-за большой влажности и обилия дождей ветер постоянно пронизывал холодом… Но оставим описание погоды для художественных произведений, и перейдем к делу. В том октябре меня поразила болезнь, которую я боялась больше всего на свете – у меня заболели уши. Боюсь ее я с детства, и поэтому та осень была для меня тяжелой психологически. Надо же, как пафосно звучит. В общем, беспокоясь за свои милые уши я стала носить шапку, которую раньше надевала при условии, что на улице не теплее -10. Но уши важнее наушников (именно из-за них я и не люблю шапки). Вот так я с октября по начало марта стала ходить в шапках. Лет с шести я их терпеть не могу, так и норовила снять. Сейчас сама себе удивляюсь: неужели только ради того, чтобы «как взрослые»? И ведь после переезда я совсем перестала носить шапки зимами, только в указанную выше погоду. Ведь странное удовольствие – зимой голову подвергать холоду… Словом, этой зимой я иначе взглянула на головные уборы. И наушники приспособила, и капюшон курток почти не использовала, и с ушей шапки не сползают, и идешь вся такая в тепле, волосы не путаются – ну красота же! Как я раньше глупой такой была?
Но к чему я вообще все это. Во вторник перешла на пальто, естественно, сняв шапку (жарковато все же уже), однако вчера пришлось вернуться к зимней куртке, ибо снежок, ветерок северный, все такое. И сегодня еще прохладно, но все равно я уже без шапки, так как солнечно и ветер потеплел. И так хорошо… наконец-то снять шапку, ощутить в волосах свободный ветер, как он поднимает и путает пряди, и небо, совершенно особенное, такое весеннее, и вокруг этот запах, который ни с чем не перепутаешь. Запах весны. Пусть я и меньше всего люблю это время года, но пока что сухо, пока еще зима не совсем ушла, а весна борется с холодными ветрами, все вокруг начинает излучать какую-то невероятную силу, и в душу вместе с теплыми порывами весеннего ветерка врывается ни с чем несравнимое ощущение свободы.
И прочувствовать все это мне помогла, как ни странно, снятая шапка. Все детство освобождение от нее означало для меня весну, приход времени, когда все оживает, обновляется. Я тогда пряталась за домом, чтобы бабушка не видела, что я снимаю шапку, и, сжимая берет в руках, с огромным удовольствие вдыхала весенний воздух, предвещающий скорое потепление, любовалась весенне-голубым небом. Словно открываешь глаза от долгого сна и начинаешь наконец чувствовать всю реальность происходящего, и, что самое удивительное, радуешься этим вновь приобретенным чувствам. Перестав носить шапки, я перестала и замечать этот переход от холода к весеннему теплу. Сегодня же… я снова ощутила свой прежний, почти забытый детский восторг.
В момент, когда у меня от всего этого весеннего опьянения вырастали крылья, в наушниках совершенно неожиданно заиграли строчки «Run away, run away, I'll attack», и я подумала, как же они по своему звучанию удивительно уместны сейчас.
Это было удивительное утро. Спасибо шапкам, которые я ненавидела добрую (или злую?) половину своей жизни.